«Тайный» допрос. Сохранение в тайне данных о личности.

Не так уж и много времени прошло с тех пор, как стало возможным в нашем Государстве в ходе досудебного производства производить допросы с сохранением в тайне данных о личности допрашиваемого лица, который некоторые называют термином «Тайный допрос» или «Допрос тайного свидетеля». Уголовно-процессуальный кодекс РФ же имеет свою четкую терминологию на данный счет — сохранение в тайне данных о личности.

О том, что данная норма в нашем законодательстве требовалась уже давно, пожалуй никому объяснять не надо, все прекрасно это понимают.

Кто же может воспользоваться правом сохранить в тайне данные о своей личности, от кого надо (но тут я думаю всем понятно — от всех) их сохранять и порядок работы с такими людьми я сейчас раскрою.

Порядок сохранения в тайне данных о личности раскрывается в ч. 9 ст. 166 УПК РФ:

«При необходимости обеспечить безопасность потерпевшего, его представителя, свидетеля, их близких родственников, родственников и близких лиц следователь вправе в протоколе следственного действия, в котором участвуют потерпевший, его представитель или свидетель, не приводить данные об их личности…».

Таким образом, в статье даны исчерпывающие обстоятельства, при которых возможно воспользоваться правом на тайну – это наличие реальных оснований полагать, что в случае дачи показаний участниками уголовного процесса, их жизни и здоровью может угрожать опасность.

С точки зрения указанной статьи УПК РФ, участникам уголовного процесса нет необходимости заявлять какие-либо ходатайства с просьбой сохранить в тайне данные об их личности, при этом обосновывая такое ходатайство и постановление об этом с согласия руководителя следственного органа следователь может вынести самостоятельно. В случаях, не терпящих отлагательства, следственное действие может быть произведено на основании постановления следователя без получения согласия руководителя следственного органа. В данном случае постановление следователя передается руководителю следственного органа для проверки его законности и обоснованности незамедлительно при появлении для этого реальной возможности.

В постановлении, следователь кроме причины принятия решения о сохранении в тайне данных о личности, также отражает псевдоним, который будет фигурировать во всех материалах уголовного дела, а также вымышленная подпись, которой участник будет подписываться в ходе производства следственных действий (практикуются простейшие элементы, так как если придумывать даже незатейливые подписи, они как правило похожи на оригинальные).

Из практики могу сказать, что псевдоним может быть абсолютно любым: как «Иванов», «Петров», так возможно привести и «полные» биографические данные, ставшего с этого момента тайного участника уголовного дела, главное отразить эти сведения в вынесенном постановлении. Также мужчине вполне возможно присвоить женский псевдоним и наоборот.

Я же на практике для допроса не ограничиваюсь вынесением одного постановления о сохранении в тайне данных о личности с согласия своего руководителя, а также прошу участника подготовить на мое имя обоснованное ходатайство, которое рассматриваю в установленном порядке, прикладываю к этим документам объективные данные, свидетельствующие о наличии реальной угрозы безопасности потерпевшему или свидетелю, как правило таким документом является рапорт оперуполномоченного, сопровождающего уголовное дело. Все указанные документы, в соответствии с УПК РФ, упаковываются в конверт, который опечатывается и хранится при уголовном деле. Также я никогда не сохраняю в компьютере, за которым работал документы, которые бы позволили впоследствии идентифицировать личность под псевдонимом.

На практике, впоследствии запечатанные конверты передаются непосредственно судье, который будет рассматривать уголовное дело. Определенный период данные конверты вместе с уголовным делом предварительно направлялись прокурору и каким-то чудесным образом сведения из конвертов стали «утекать» не туда, куда следует, в связи с чем подобную практику у нас в городе прекратили.

Таким образом, в идеале, фактические данные об участнике, данные которого сохраняются в тайне (кроме него самого конечно же), могут знать только 3 человека: следователь, его руководитель и судья. На практике же, к этой «цепочке» зачастую добавляется как минимум один оперативный работник, который в большинстве случаев и устанавливает «тайного участника», налаживая с ним необходимый психологический контакт, после которого человек и соглашается давать показания на подобных «условиях», ведь многие даже согласны быть привлеченными к уголовной ответственности за отказ от дачи показаний по ст. 308 К РФ, только бы никто не узнал о том, что он мог дать показания в отношении того или иного лица.

Место и время допроса также выбираются индивидуально. Я таких участников предпочитаю допрашивать либо в выходные дни, когда на работе кроме меня никого не будет, либо место проведения следственного действия переношу как можно дальше от работы и любых подразделений ОВД. Допрос может быть в итоге проведен как в салоне автомобиля, так и в квартире допрашиваемого лица.

В ходе допроса я использую фразы: «Мне известно о том, что…» и приводятся конкретные фактические обстоятельства. В тексте протокола допроса я не вношу конкретных сведений, по которым обвиняемый или иные заинтересованные лица смогли бы достоверно установить личность допрашиваемого лица, при этом какие-то порой достаточно необходимые сведения неизбежно «теряются», но тут я использую принцип «не навреди» и лучше недополучу частично доказательств, чем вообще останусь ни с чем, так как человек в итоге может вообще отказаться от дачи показаний.

Любые вызовы «тайного участника» для проведения следственных и судебных действий осуществляются через следователя, то есть, к примеру судья, для проведения допроса такого участника, ставит заблаговременно в известность об этом человека, который вынес постановление о сохранении в тайне данных о личности, который и принимает меры к обеспечению процессуального действия.

В связи со сказанным, бывают ситуации, что воспользоваться возможностью быть «неизвестным» желают также и люди, которые дают изобличающие вину обвиняемого показания, при этом они могли быть известны только двоим: ему самому и обвиняемому. Из таких показаний будет сразу ясно, кто именно их дал, однако для подобных «неизвестных», важным является только то, что им не придется встречаться с обвиняемым лично в ходе проведения досудебного производства при производстве различных следственных действий, а также не будет необходимости подтверждать эти же показания в суде с личным присутствием.

Процесс дачи показаний тайными участниками уголовного процесса в суде на сегодняшний день четко не регламентирована и каждый судья подходит к данному вопросу индивидуально, однако принимаются меры с использованием технических средств к тому, чтобы участники судебных заседаний не смогли идентифицировать такого человека по голосу.

Если что-то упустил или раскрыл не полностью, жду вопросов.

Документы:
УПК РФ скачать

Запись опубликована в рубрике Уголовный процесс. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

8 комментариев: «Тайный» допрос. Сохранение в тайне данных о личности.

  1. Zuljin говорит:

    У меня в принципе вопросов нет. И вообще, по умолчанию понятно, что никто не будет бегать, размахивая данными. Особенно, если дело связано с отморозками. Кстати, сериал такой даже есть «Тайны следствия» называется

    • Не довелось смотреть данный сериал, хотя по правде сказать вообще телевизор последние несколько лет крайне редко смотреть.

  2. lucklifer говорит:

    Не знал о такой возможности.

  3. Ctacehko говорит:

    А как соотносятся между собой приведенная цитата из статьи 166 УПК РФ: «При необходимости обеспечить безопасность» с выводом о «даны исчерпывающие обстоятельства, при которых возможно воспользоваться правом на тайну – это наличие реальных оснований полагать, что в случае дачи показаний участниками уголовного процесса, их жизни и здоровью может угрожать опасность»? Это Ваш собственный вывод, что только при вышеуказанных условиях следователь может принять решение о сохранении в тайне данных о личности?

    • Здравствуйте, Ctacehko.
      Я искренне рад, что Вы не только посещаете мой блог, но теперь еще и находите для себя возможным оставить в нем комментарий, тем более что ранее Вы уже указывали мне на серьезный пробел в моем посте про уголовную ответственность врачей.

      Относительно Вашего вопроса:

      Да, это мой вывод, я не смог сделать другого исходя из содержания части 9 статьи 166 УПК РФ. Если у Вас другое мнение на данный счет или практический опыт, то прошу поделиться.

      Про возможность сохранять в тайне (я не говорю сейчас и в посте не писал про безопасность в целом и меры, которые при обеспечении ее могут применяться) данные о личности в протоколах следственных действий, предусмотрена возможность только в ч. 9 ст. 166 УК РФ. В дополнение к участникам следственных действий, следуют еще и лица из их окружения, перечисленные в статье. Соответственно, если уж быть полностью дотошным до каждой запятой, то конечно, мне следовало по всей видимости свою фразу:

      «это наличие реальных оснований полагать, что в случае дачи показаний участниками уголовного процесса, их жизни и здоровью может угрожать опасность» после «их» дополнить «близких родственников, родственников и близких лиц» и далее по тексту.

      Таким образом, конечно же, не только фактическая необходимость давать показания является основанием для сохранении в тайне данных о личности с угрозой безопасности, но и родственные отношения, однако это указано в норме самой статьи, которую я привел, в связи с чем в этой части не вижу ошибки со своей стороны.

      А вопрос Вы задали уж точно не с проста, чувствую это. Поэтому жду…

  4. Pavlen говорит:

    Здравствуй, Сергей. А как быть, если свидетель явился на допрос с адвокатом? Данные об адвокате тоже нужно сохранять в тайне? Ведь если надавить на адвоката, то можно узнать истинные данные личности свидетеля.

    • Здравствуйте, Pavlen.
      Извиняюсь за столь долгое молчание, отпуск все-таки, да и дела семейные…

      Как обычно, Вы задаете не очень однозначные вопросы, на которые сразу так и не ответишь. Если быть совсем откровенным, то данный вопрос сперва поставил меня в тупик.

      Согласно ч. 9 ст. 166 УПК РФ, на первый взгляд четко указан перечень лиц, в отношении которых могут быть сохранены в тайне данные о личности (…обеспечить безопасность потерпевшего, его представителя, свидетеля, их близких родственников…) и защитник свидетеля при грамматическом толковании закона к таким лицам точно не относится.

      Но с другой стороны, если защитник действует в интересах свидетеля, то он предоставляет в уголовное дело ордер, в котором отражаются биографические данные лица, чьи интересы представляет. Возможности вписать в ордер псевдоним у адвоката также не имеется, соответственно теряется всякий смысл от сохранения в тайне данных о личности свидетеля.

      Скажу только Вам еще на ушко: Я разговаривал по данному вопросу с несколькими весьма неглупыми практическими работниками в разных службах, в том числе надзирающих органах, никто мне не дал категоричного ответа с точки зрения теории, все предлагают «выход» с практической точки зрения. Да чего уж там греха таить, я и сам примерно с год назад «объезжал» данный вопрос. Но раз вопрос задан, пришлось мне на него найти ответ.

      Ответ же содержится в той главе уголовно-процессуального кодекса, куда редко, к сожалению, заглядывают практические работники предварительного расследования, а именно в главе 2 – «принципы уголовного судопроизводства», а если более конкретно, то в ч. 3 ст. 11 УПК РФ (Охрана прав и свобод человека и гражданина в уголовном судопроизводстве), где указано, что «При наличии достаточных данных о том, что потерпевшему, свидетелю или иным участникам уголовного судопроизводства… угрожают убийством, применением насилия, уничтожением или повреждением их имущества либо иными опасными противоправными деяниями, суд, прокурор, следователь, орган дознания и дознаватель принимают в пределах своей компетенции в отношении указанных лиц меры безопасности, предусмотренные статьями 166 частью девятой…».

      Таким образом, в ч. 3 ст. 11 УПК РФ даже при грамматическом толковании закона круг лиц, в отношении которых могут быть применены меры безопасности, в том числе и ч. 9 ст. 166 УПК РФ шире, по отношению к ч. 9 ст. 166 УПК РФ. Соответственно, основополагающей в применении статьей в данном вопросе будет именно ст. 11 УПК РФ, так как все нормы УПК РФ не должны противоречить принципам уголовного судопроизводства. Ранее подобный вопрос (несоответствие норм УПК РФ в части прав потерпевшего, перечисленных в ст. 42 УПК РФ одному из принципов уголовного судопроизводства – состязательности сторон) я указывал и в своем посте:
      «Права потерпевшего в уголовном процессе. Право потерпевшего на ознакомление с заключением эксперта»
      http://svbeloglazov.ru/ugolovnii-process/prava-poterpevshego-oznakomlenie-s-zaklucheniem-experta/

      в которой я четко раскрыл мнение Конституционного суда на данный счет.
      В приведенном вопросе нам необходимо принять меры безопасности к свидетелю на основании прежде всего ч. 3 ст. 11 УПК РФ, в связи с чем необходимо вынести постановление о сохранении в тайне данных о личности не только свидетеля, но и адвоката с присвоением псевдонима, который и использовать в протоколах наряду с псевдонимом свидетеля.